Осенние дымы, костры из листьев палых, Горчит холодный воздух поутру, И заспанное солнце из туманов Лениво щурится – уже не быть теплу. Наддув клубами тучи дождевые Осенний ветер ставит паруса, Лететь путем знакомым - не впервые, К зиме под ледяные небеса.
На крылья бабочки жемчужная пыльца Легла таким диковинным узором… Смотрела и не верила глазам, Привыкшим к тусклым, северным просторам. Вокруг сверкающие яркие цветы, Ожив, порхают на опушке леса, Их красота - хрупка и бестелесна - Не доживет до будущей весны.
Птица Сирин, Набоков, сирень - Так сплелись неслучайно в объятье В русских дивных кустах, и свирель Вас поманит за призрачным счастьем. Перебрать лепестки, перечесть, И найти тот единственный, пятый, Прикоснуться губами и съесть, Уповая на верность приметы!
И пасмурно и зябко, и туча серой тряпкой повисла и сечёт неотжатым дождем. И книгу отложив, я подхожу к окну, в душе отматерив холодную весну.
Деревья тонут в мареве зеленом, Одетый в кружево, прозрачен лес, Всё - тишина, лишь издалёка звоном, Журчит ручья певучий перепляс. С рассветом, волокнистые туманы Светило ввысь еще не унесло, И под молочной дымкой одеяла Поляны тихо дышат – выдох-вдох.
Придет весна, в цветах поляны – Вся ширь безбрежная лугов Проснется от ее духмяных, Теплом напоенных, шагов. Подснежник нежно-безмятежный Расцвел, едва растаял снег, Его бутоны так безгрешно Таращатся на белый свет. С теплом весна украсит поле Цветастым красочным ковром, И медом сладким, поневоле, Ты будешь вдоволь напоён.
Белый лист, как белый цвет, Прячет радугу в себе. Мы должны ее спасти – Все цвета раскрепостить. Красный цвет – любовь,огонь, Цвет террора и знамен, Цвет одежды королей, (Не заметишь кровь на ней.) Лето, оранжад, жара – Пейте соки, господа! Апельсиновый, морковный, Веселитесь до утра! Желтый – говорят, к измене, Мы суждение изменим, Желтый цвет богатство метит, Блеском золота осветит! Цвет зеленый – цвет ведуньи, Цвет знахарки и колдуньи, Жизнь и смерть в собранье трав, ...
Нет, не пахнет лес весною,- Снег осел, осыпан хвоей. Он сошел лишь на пригорье, С прошлой, жухлою травою. Мерзнут нежные березки, В белых тесных рубашонках, Изодрались до коросты, На ветру трепещут тонко. И полощет ветер влажный Край берестяных рубашек, Ещё больше разрывая, Ещё больше раздевая…
Зима с усердьем выметает Из снежных закромов запас, С растерянностью вспоминает, Где ж вьюги, стужи, льдистый наст? Где ж прошлогодний снег хранится? Сейчас бы он не помешал! Подсыпать беспокойным птицам, Глядишь, весну и задержал!
Ни ве’тра кислородные подушки, Ни мази из подтаявших снегов, Уже не вылечат зиму-старушку… Ей только и осталось - пять шагов, Едва дойти до розвальней с одышкой, На них с последним снегом увезут Её далё-ё-ко, за полярный круг! И как боярыня Морозова когда-то, Окинув лютым оком все вокруг, Грозит перстом весне - “Напрасно рада! Ужо вернусь, вернусь… не премину”!