Малахитовые ёлки, тихий шелест, ветра вздох, иероглифы-иголки устилают влажный мох. Потемнела даль лесная, с серым облаком слилась, журавлей в полет скликая, стая в небо поднялась… Над остылыми полями с почерневшею стерней, Над покосными плетнями, леса кромкою сквозной, Пролетает-улетает, покидает край родной, с грустной песней, журавлиный клин осеннею порой.

Копытцем цокая, секунды отмеряя, Бегом по циферблату, торопясь, Тростинка-стрелка время ускоряет, И бег его неумолим и ясен - Бег времени не развернется вспять. В природе поднебесной не иначе - На смену мокрой осени – зима, Где холод непременно обозначен Приходом долгожданного тепла, Но как несправедлива к нам судьба! На нашей родине холодной Недолгой радости погодной Отпущены едва ли месяца, Ну два, ну три, а дальше без конца Дожди, ветра, снега и хлад сугробный…

Он мучился на нем, страдая, молил Отца - “Почто оставил?” к Нему ползли за утешеньем все страждущие поколенья, ища приюта и спасенья в Его объятьях… Он молчал… не в силах отмолить проклятье - зарок небесного Отца - “Да не спасет людей объятье гвоздями вбитое в распятье!”

Укрыли плотно облака Топленой пенкой горизонт. Размытый солнца ореол Повис туманным янтарем. Дыханьем осени остужен, Лягушкой мокрой проскакав, Залег холодный август в луже, Тепло за пазуху убрав. И ветер, наигравшись в прятки С листвой, затих и задремал… На паутинку он с грустинкой, Теплом последним подышал.

Осенний серенький денек, Неясный свет дождем дробится, Постылой непогоды гнет, Попрятались и смолкли птицы. На мокрый сад в окно смотрю, В одежды кутаюсь, курю… Тосклива дачная свобода,- Невольной точится слезой. Любовь, что ты увез с собой, Со мной оплакала природа.

Осенние дымы, костры из листьев палых, Горчит холодный воздух поутру, И заспанное солнце из туманов Лениво щурится – уже не быть теплу. Наддув клубами тучи дождевые Осенний ветер ставит паруса, Лететь путем знакомым - не впервые, К зиме под ледяные небеса.

Все в жизни повторяется, как в фильме надоевшем, картины изменяются, но остаются прежними. Все крутится и крутится забытое кино, я все это смотрела, все было, но давно… все странно-неизменно, меняется одно – та, кто напротив в зеркале, и на часах число. Живу, как не живу, в режиме дежавю…

Дорогой страданий и боли Ты шла, головы не склонив, Душа, что держала струною Натянутые позвонки, Стонала глухою тоскою, И пела, - всему вопреки - До скорбного месяца марта… ………………………………………… ………………………………………… Душа, отлетая обратно, Глаголом прожгла сферу атмо Ахматова Анна - Махатма! Прощально и безвозвратно.

На крылья бабочки жемчужная пыльца Легла таким диковинным узором… Смотрела и не верила глазам, Привыкшим к тусклым, северным просторам. Вокруг сверкающие яркие цветы, Ожив, порхают на опушке леса, Их красота - хрупка и бестелесна - Не доживет до будущей весны.

Разговор ушедших душ В дачном доме так недружен. Визг дверей и форток стук, Затерзал нездешней стужей. Не забывшие обид, Вы друг друга не простили, По привычному врубив Крик на максимум с живыми.